Дальневосточный медицинский университет намерен развивать сразу несколько новых направлений — от создания «цифрового образа» врача и персональных образовательных программ для медиков до подготовки специалистов по протезированию и исследований лекарственных препаратов и биологически активных веществ из дальневосточного природного сырья. О новых проектах университета, сотрудничестве с российскими и китайскими партнерами и планах по развитию медицинской науки на Дальнем Востоке «АиФ» на площадке ВЭФ-рассказал и. о. ректора Дальневосточного медицинского университета Владимир Кузнецов.
ИИ на благо здоровья
— Владимир Вячеславович, с какими задачами Дальневосточный медицинский университет приехал на ВЭФ?
— Здесь несколько направлений. Первое — безусловно, заявить о себе как о новом игроке в системе высшего медицинского образования и в целом в системе здравоохранения Дальнего Востока. Само название «Дальневосточный» обязывает нас работать шире, чем региональный вуз. Хотя в первую очередь мы, конечно, работаем для Хабаровского края. Сегодня у нас есть много проектов, которые мы наметили и которые необходимо реализовывать на территории региона.
Одновременно мы представляем на форуме несколько новых направлений, которые планируем развивать.
— Одно из них — создание так называемого цифрового доктора. Что это такое?
— Речь идет о создании цифрового образа доктора на основании анализа больших данных. Мы хотим фактически увидеть, как работает врач. Не абстрактно оценивать, хороший это врач или плохой, а проанализировать все, что составляет его обычную профессиональную деятельность. Сколько пациентов он принимает, с какими диагнозами, по каким направлениям работает, правильно ли заполняет медицинскую документацию, соответствуют ли назначения клиническим рекомендациям, какую терапию назначает. Эта терапия также может проходить оценку электронного клинического фармаколога.
— То есть цифровая система должна оценивать не только формальные показатели работы врача?
— Конечно. В обязательном порядке сюда должна включаться обратная связь от пациента. Потому что очень часто мы забываем, что работаем именно для пациента. И то, как пациент оценивает нашу работу, не менее важно.
Человек должен иметь возможность рассказать, как с ним поговорили, насколько подробно ему все разъяснили, все ли ему было понятно.
Кроме того, можно анализировать дальнейшую судьбу пациента: был ли он впоследствии госпитализирован, вызывал ли скорую помощь, как проходило дальнейшее лечение. То есть мы получаем гораздо более полную картину работы врача.
— А что университет будет делать с полученными данными?
— На основании такого большого анализа мы хотим формировать для врача индивидуальную образовательную траекторию — прежде всего по тем компетенциям, которые у него недостаточно развиты. Допустим, врач прекрасно лечит гипертоническую болезнь, потому что 80% его пациентов обращаются именно с этим. А с вопросами, связанными, например, с нарушениями ритма или иммунологией, он сталкивается редко. Значит, по этим направлениям ему необходимо напомнить материал, освежить знания, дать полноценное руководство, чтобы он мог качественно работать и с такими пациентами.
Именно этот проект я планирую представить здесь и в дальнейшем активно внедрять на территории Дальневосточного федерального округа.
Новое и очень актуальное
— Еще одно направление, которое вы собираетесь развивать, связано с протезированием. В чем его особенность?
— Это о чень важный, актуальный и, самое главное, человекоцентричный проект.
Есть ситуации, когда человеку действительно необходима помощь, и она не должна сводиться к тому, что ему просто выдали протез — и на этом все закончилось. Помощь должна быть комплексной. Первое — правильное изготовление протеза. Второе — необходимо научить человека жить и пользоваться этим протезом. Третье — последующий сервис. И здесь у нас есть несколько направлений работы.
— Планируется ли создавать сами протезы в Хабаровском крае?
— Сейчас мы ведем переговоры с китайскими партнерами о возможном открытии производства на территории Хабаровского края совместно с китайскими специалистами. Кроме того, буквально сегодня у меня состоялась встреча с руководством Газпромбанка. Мы подписали соглашение о взаимодействии между университетом и Газпромбанком. Банк предложил помощь в поиске российских партнеров, работающих с технологичными протезами. Они готовы содействовать развитию этого направления.
— Но задача университета заключается не только в организации производства?
— Совершенно верно. Нам необходимо не только создавать протезы, но и обучать людей, которые смогут заниматься этим в других местах. Кроме того, нужны специалисты, которые будут сопровождать человека практически на протяжении всего его жизненного пути: подбирать протез, корректировать его, добавлять новые возможности. Если появляются новые функции и технологии, специалист должен рассказать о них человеку и помочь ими воспользоваться.
Именно такой проект мы хотим создать на базе нашего университета. Мы рассматриваем его как одно из прорывных направлений на ближайшее время.
Дальневосточный фармо-клондайк
— Вы также уделяете большое внимание развитию фармакологии. Что здесь необходимо изменить?
— У университета есть достаточно хорошая база классической фармакологии, фармацевтических технологий и фармацевтической науки. Но нам необходимо гораздо теснее взаимодействовать с реальным производством. Когда мы обратились на завод по производству препаратов, нам сказали: «Экскурсию для ваших студентов мы проведем». Но нам не нужны экскурсии. Нам нужно, чтобы предприятие стало полноценной учебной базой для наших студентов. Только там, где лекарство действительно производится, можно учить начинающих специалистов тому, как это должно делаться на практике.
— То есть университету необходимо объединить образование, производство и науку?
— Именно. Второй чрезвычайно важный момент — присоединение науки.
Разработка нового препарата, оценка его клинической эффективности, проведение доклинических и клинических исследований сегодня имеют огромное значение, особенно в условиях, когда мы говорим о замещении препаратов.
Университет должен участвовать в этом процессе.
— Может ли здесь использоваться уникальное природное сырье Дальнего Востока?
— У нас великолепные дикоросы, великолепные морепродукты. И это направление, на мой взгляд, может позволить университету обрести собственное лицо. Мы можем работать с дальневосточными дикоросами, выделять биологически активные вещества, исследовать их и взаимодействовать в этой сфере в том числе с иностранными партнерами. Здесь есть большой потенциал.
— Как такие исследования могут применяться на практике?
— Я видел посещение губернатором Хабаровского края предприятия, которое производит в том числе напитки из наших дикоросов. Это замечательный продукт. И мы готовы подключиться к его исследованию: определить, чем именно он может быть эффективен, в какой дозировке и концентрации, как может воздействовать на человека, для каких возрастных групп предназначаться. То есть мы полностью открыты к тому, чтобы приносить практическую пользу. Тогда это будет уже не просто сладкий и приятный напиток. При наличии научных исследований можно будет говорить о конкретных свойствах продукта, определенных концентрациях и дозировках. Для университета это и есть один из вариантов соединения образования, науки и реальной практики на Дальнем Востоке.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
