aif.ru counter
216

Психиатрия с человеческим лицом дошла до Хабаровска

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 14. "АиФ-Дальинформ" №14 01/04/2015
Екатерина Изместьева / АиФ

  В повседневной жизни мы привыкли навешивать ярлыки на людей с разного рода отклонениями. К примеру, не совсем адекватных, с явным расстройством психики принято считать шизофрениками. Однако, современные психиатры и психотерапевты считают, что эти термины присваиваются больным зря, и не очень корректно. Почему? На этот и другие вопросы отвечает Игорь Любачевский, клинический психолог, психотерапевт амбулаторного психотерапевтического отделения №1 Краевой психиатрической больницы.

Игорь Любачевский, клинический психолог Фото: АиФ/ Ольга Аполлонова

 

Буйных мало

  Ольга Аполлонова, «АиФ-Дальинформ»: - Игорь, есть ли статистика заболеваемости шизофренией среди жителей Хабаровского края?

  Игорь Любачевский: - Статистику заболеваемости я привести не могу, это закрытая информация, однако важнее сказать о тенденциях развития этого заболевания. Вообще начало нашего XXI века характеризуется как «век невроза», а не шизофрении и подобных ей тяжёлых психических расстройств. В современной психиатрии наметилась хорошая тенденция. Мои коллеги, исходя из практики, говорят, что ярких форм шизофрении уже не отыскать, как говорится днём с огнём. Вслед за жизнью начали меняться психические расстройства, сейчас они носят не такой выраженный характер. Всё больше напоминают расстройства настроения, неврозы, депрессию. Шизофрения отодвинута на дальнее место.

  - А в нашем крае такая тенденция есть?

  -  Подобная тенденция относится и к Хабаровскому краю тоже. У нас ярких форм шизофренического процесса редко встретишь. И это к лучшему. Формы становятся более безопасными для окружающих и семьи, в которой живёт больной с нервными расстройствами.

  Ещё одна хорошая тенденция появилась в психиатрии в последние лет двадцать. Началось формирование более человечного отношения к пациентам. Раньше человеку не сообщали диагноз шизофрении, и он вместе с семьёй находился в напряжении, отчаянии и в неведении. Но уже лет 30 у психиатрии появилось то, что я называю «человеческое лицо». При психиатрических больницах начали открываться отделения первого психотического эпизода. В Хабаровске подобное работает около пяти лет. В борьбе с тяжёлым психоневрологическим заболеванием врачи используют новые технологии, и не только медикаменты. Туда попадают люди, у которых впервые случился приступ острого психического расстройства. Это, допустим, психоз, или тяжёлая депрессия, которая может длится полгода. Когда нарушается сон, настроение, появляются бредовые идеи вины, а также суицидальные тенденции.

Без ярлыка

  - И всё же, кто такой шизофреник сейчас?

  - У человека, который впервые испытал психоз, появляется очень много страха, стыда, отчаяния, недоумения. Ведь он не знает ничего о заболевании. И как раз врачи отделения первого психотического эпизода помогают пациенту и его семье прожить этот этап и принять состоявшийся факт. Потому, что если человек не обращается за помощью, он остаётся в одиночестве.

  Представьте семью, в которой вдруг, ни с того, ни с сего, к примеру, у ребёнка начало пропадать настроение. Он всё больше уходит от контакта, закрывается в комнате. А потом, вдруг, начинает разговаривать сам с собой. Это характерное развитие событий для шизофренического процесса. Конечно же, семья и сам ребёнок пугаются, потому, что ему в состоянии болезни трудно себя контролировать. Если в этот момент человек остаётся сам с собой – болезнь начинает прогрессировать. Именно не расстройство, а болезнь.

  Самое тяжёлое её проявление в детском и подростковом возрасте. По сути ведь страшны не сами психозы, бред и галлюцинации –  они лишь симптомы болезни. Но, если не лечить, то человек очень быстро продвигается к дефекту, распаду личности – это конец болезни. Лечение может остановить этот процесс.

Слово губит

  - Чем отличаются современные методы лечения?

  - Во всём мире умственную отсталость принято классифицировать по степеням, и только у нас в России по названиям – эмбицил, даун, дебил, шизофреник. Это достаточно оскорбительно. Никто же не хочет, чтобы его называли дебилом. Сейчас, наконец, начали искать более бережное решение, в том числе и в языковом контексте. Мы не только лечим пациента медикаментами, но и помогаем человеку адаптироваться к этому состоянию, помогаем семье справиться с этой тяжёлой ношей и преодолеть стереотипы, сложившиеся за многие десятилетия в обществе, связанные с такого рода больными.

  Для меня – это смягчение напора. Как бы ни ругали психиатрию, как бы ни говорили, что в психушке всё плохо, что оттуда не выбраться, я скажу – в психиатрии много поменялось. Конечно, задача психиатров лечить медикаментами, и от этого никуда не денешься.

  - А каково семье, в которой психически нездоровый?

  - Такая семья попадает настолько в сложную ситуацию, что чувствует любую фальшь. Поэтому им нельзя врать. И это правильно, что в клинике такому пациенту и его родным сейчас сообщают диагноз и открыто формируют процесс лечения и реабилитации. Семье в этом случае нужно готовиться к большим испытаниям. Ведь зачастую не хватает элементарного – информации и понимания заболевания.

  Родственникам нужно справиться с чувством вины. Дело не в воспитании, любви, или нелюбви. На расстройство психики влияют внутренние процессы в организме человека. Гормоны, биохимия крови, и медиаторы.

  Я часто рекомендую родственникам в первую очередь найти хорошего психиатра. Затем семье приходится учиться жить с болезнью, не принимая во внимание сложившиеся стереотипы, которые не имеют ничего общего с реальностью.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество