В Хабаровске появился новый мурал. Таких «настенных» картин в городе пока не так уж и много. Эту создал на фасаде пятиэтажного кирпичного дома в Авиагородке московский художник Антон Спутник. Вдохновением послужили мифы о подземном Хабаровске. Так в городе, давно нуждающемся в художественном самовыражении, появился первый масштабный жест нового визуального языка.
О том, как шла эта работа, а также о том, как искусство может менять пространство вокруг нас, художник рассказал «АиФ-Дальинформ».
Первый слой
— Я начал рисовать еще в школе, — вспоминает Антон. — В 10 классе сделал свое первое граффити. Потом была Строгановка, поступил на транспортный дизайн, но все равно тянуло к стенам. Первый мурал нарисовал уже в 2023 году. До этого он уже работал на фасадах, но мурал в Вологде стал первой авторской росписью в полном формате.
Он вспоминает, как годом ранее, в 2022-м, в его родной город Железнодорожный приехали художники со всей страны. Тогда фестиваль «Культурный код» преобразил улицы: около 40 муралов украсили стены домов. Антон участвовал тогда как ассистент: помогал художникам на фасадах и даже поучаствовал в конкурсе граффити «Тест-драйв», где занял первое место. Энергия фестиваля, идеи и визуальная смелость авторов подтолкнули его окончательно выбрать этот путь. Среда сделала свое дело.
— Тогда я понял, что хочу рисовать большие формы, — делится наш собеседник. — Это было как откровение: улица может быть галереей, а стена — местом диалога.
В Хабаровске он искал «точку входа». Ею стала городская легенда о подземных туннелях — полумифическая сеть коммуникаций, витающая в рассказах и статьях.
—Я изучал Хабаровск — наткнулся на миф о подземном городе. Легенда странная, недоказанная, но цепляющая. Это подтолкнуло к мысли: а что, если представить душу как подводный мир? Все, что под землей, манит, — говорит художник. — Так же, как все, что под кожей. Мне кажется, мы слишком мало думаем о невидимом. Я представил подземный мир как метафору души. А внешнее — как корабль. Так родилась композиция.
Глубина образа
На фасаде пятиэтажки появилась фигура юноши. Его лицо не скрыто, но и не выражено: голова наклонена, он смотрит вглубь себя. Это образ внутренней эмиграции — городского человека, отвернувшегося от потока и ушедшего в собственный мир.
Цвет его одежды, насыщенный и глубокий, контрастирует с кирпичной плотью дома. Свитер как витраж, как окно в подземный, тайный пласт. На ней не принт, а откровение. Рыбы, якорь, а потом белый корабль. Это не украшения, это внутреннее содержание, вывернутое наружу. Душа, говорящая через ткань. И куртка, и свитер становятся теми самыми «вторыми слоями». Как и у самого города: внешне — простота, внутри — сложная структура.
Якорь — это внутренний груз. Рыбы — мысли, мечты, тихая интуиция. Корабль — образ маршрута, пути, может быть — одиночества. Цвета выстроены на контрасте: оранжевый цвет на куртке живет своей жизнью на фоне холодного кирпича.
— Иногда говорят: «А, это Виктор Цой». Но я никого конкретного не изображал. Это собирательный образ, без имени. Мне интересно, когда зритель вкладывает свое, — признается Антон.
Как водится, каждый волен интерпретировать замысел художника по-своему — и тем самым нередко удивляет самого автора, которому чаще всего кажется, что он вовсе не это вкладывал в свое произведение. Однако и я попробую вложить свой смысл: мы не видим лица явно молодого парня, и нам не с кем его соотнести — это как будто обычный городской житель, отчего-то прячущий свой взгляд, свои глаза. Почему? Потому что он ушел во внутреннюю эмиграцию? В его душе все то, что изображено на свитере — или, может быть, это и есть его душа? Горящая и говорящая не только через абсолютно реалистичные образы, изображенные на ткани, но и через цвет — свитера, куртки и белого корабля — символа чистоты (возможно?), ставшего основанием всего произведения.
Сам художник, впрочем, считает, что всё уже сказано: корабль — внешний мир, якорь — внутренний, фигура — символ человека в поиске глубины.
— Никаких подтекстов, ничего скрытого — всё на поверхности, — подчёркивает он.
Но может ли искусство остаться в границах одного голоса? Художественная среда — не технический чертёж. Когда изображение попадает на фасад, оно становится частью улицы и начинает «работать» со зрителем. И здесь уже никто не вправе диктовать, как именно его понимать. Как только оно оказывается на городской стене, оно начинает дышать другими смыслами, включая те, которых и сам автор не предполагал. Это уже не просто изображение, а зеркало — и каждый в нём увидит своё.
Новая речь города
Место для работы выбрано неслучайно. Матвеевское шоссе, 10 — дом из старого кирпичного фонда, хрущевско-брежневская эпоха. Район окраинный, и оттого — особо нуждающийся в визуальной точке притяжения.
Город долго жил без публичного искусства. Без попытки вступить с ним в осмысленный диалог. Это призван исправить проект «Метацентры», в рамках которого создан «Душевный полет». Он реализуется в нескольких городах России и нацелен на переосмысление городской среды через современные формы: муралы, инсталляции, акции.
— Когда я рисую, мне важно, чтобы мурал не был просто картинкой. Он должен звучать. Стена должна «дышать». Иногда импровизирую. Что-то меняется прямо в процессе — это нормально. Город живой, стена тоже, — считает Антон.
Мурал — это всегда компромисс между архитектурой, искусством и сообществом. Баллончик — это инструмент, Но смысл — всегда глубже.
— Когда я работаю в публичном пространстве, я придерживаюсь утверждённого эскиза. Импровизация здесь невозможна — всё должно быть согласовано заранее. Да, я могу обобщить отдельные детали, чтобы ускорить работу, но не добавляю и не убираю ничего принципиального, — уточняет художник.
«Душевный полет» — это не сюжет, а ощущение. Мы не знаем, кем является герой на фасаде. У него нет имени, у него нет лица. Он может быть любым — подростком, рабочим, поэтом, вами. Но у него точно есть глубина. Она и есть главный персонаж.
Герой композиции не зовет за собой, не предлагает манифест. Он просто существует — как часть стены, как часть города. Но его молчание — громче слов.
И все же — почему он опустил голову? Потому что никто не слушает? Или потому, что слушать нужно себя? Может быть, этот образ — и есть карта внутренней эмиграции, побега от визуального шума.
Этот мурал — как стихийное окно в другое измерение. Хабаровску он необходим. Городу, где все еще царит визуальный шум, архитектурный беспорядок и уныние типовых форм и безликие фасады, он дает новый вектор развития. Это не декор — это ориентир.
Мурал не пытается «понравиться». Он предлагает чувствовать, догадываться, угадывать. И быть в диалоге с самим собой.
— Мурал — это масштабный диалог с горожанами. Люди, проходя мимо галерей, не всегда заходят. А тут просто идешь — и замираешь, — отмечает Антон, он надеется, что вернется в Хабаровск еще раз. — Здесь чувствуется потенциал. Авиагородок, например, мог бы стать серией. Самолеты, горизонт, маршрут... Все это уже подсказка.
Между тем, подобные картины постепенно преображают не только краевую столицу. В Комсомольске-на-Амуре на фасаде второго корпуса Амурского гуманитарно-педагогического государственного университета студенты-дизайнеры недавно нанесли тематическое граффити под руководством преподавателей. Это знак: новое поколение стремится менять пространство. А города постепенно учатся говорить через визуальные образы.
СПРАВКА
Мурал «Душевный полет» появился в рамках проекта «Метацентры». В Хабаровске его реализуют Фонд культурных инициатив «ЭНСО» и АНО «Агентство креативных индустрий Хабаровского края» при поддержке Корпорации развития Дальнего Востока и Арктики, регионального правительства и администрации Хабаровска.
Размер изображения около 14 метров в высоту. Работа над ним заняла у Антона Спутника шесть дней. Для росписи использовано более 80 баллончиков аэрозольной краски. Художник работал в одиночку, при участии помощников на подготовительном этапе.
ДОСЬЕ
Антон Спутник родился в 2000 году в Нарофоминске, с 6 лет жил в Железнодорожном, но сам называет своей точкой отсчёта просто Москву. К уличной культуре не имел отношения до 10 класса, когда впервые обратил на неё внимание. Предпочитает для простоты называться просто московским художником.
Окончил Российский государственный художественно-промышленный университет имени С. Г. Строганова (бывшая академия). Поступал на кафедру дизайна транспортных средств после 1,5 лет обучения на подготовительных курсах при том же вузе.
В 2023 году создал первый авторский мурал. Работал в Вологде, Южно-Сахалинске и Хабаровске.
В своем творчестве сочетает символический реализм, философскую многослойность и уважение к городской ткани. Главный инструмент — аэрозольная краска, главный прием — работа с тишиной и контрастом.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
