Примерное время чтения: 4 минуты
1929

Сидела в загоне, пила из унитаза. Сожители до смерти замучили нелюбимую дочь

Сожители соорудили конструкцию, больше похожую на ящик для животного, чем на место для ребенка.
Сожители соорудили конструкцию, больше похожую на ящик для животного, чем на место для ребенка. СУ СКР по Хабаровскому краю и ЕАО

Эта история не укладывается в голове, сколько ни перечитывай детали. В однокомнатной квартире Комсомольска-на-Амуре двое взрослых людей с безупречной биографией — не маргиналы, не алкоголики, не состоявшие на учетах — соорудили для своей двухлетней дочери деревянный короб с крышкой и месяцами держали ее там. Девочка не могла встать в полный рост, не могла сидеть, не могла двигаться. Ночью, пока мать и отец спали, она выползала из заточения и ковыляла к унитазу, чтобы просто утолить жажду. А потом умерла — лишь потому что была нелюбимым ребенком, который раздражал родителей одним своим присутствием.

Детали чудовищного преступления выяснил hab.aif.ru.

«Чтобы не бегала»

29-летний комсомольчанин и его 27-летняя гражданская супруга на первый взгляд казалась абсолютно нормальной парой. На учете не состояли, ранее не были осуждены, к ответственности не привлекались. Он работал грузчиком, имел доход. Но за фасадом обычной семьи происходило то, что не поддается никакому рациональному объяснению. И тот факт, что эти люди не пьянствовали и не употребляли наркотики, делает историю ещё страшнее: они были абсолютно вменяемы и действовали осознанно.

Как установило следствие, сожители соорудили конструкцию, больше похожую на ящик для животного, чем на место для ребенка: маленький загон с крышкой, в котором девочка проводила дни и ночи напролет. Ее запирали там не на часы — на дни. Доставали редко, обслуживали еще реже. Никакого ухода, никакой гигиены, никакого человеческого тепла. Загон был нужен для того, чтобы ребенок не перемещался по квартире и не мешал взрослым жить так, как им хотелось.

К моменту, когда ими заинтересовались правоохранители, садисты уже разобрали загон и выбросили его на помойку, надеясь замести следы. Фото: СУ СКР по Хабаровскому краю и ЕАО

С июля по октябрь 2024 года малышку практически перестали кормить. Иногда ей перепадало минимальное количество еды — ровно столько, чтобы не умерла сразу. Воды не давали совсем. По ночам, когда силы еще оставались, она выползала из загона и пила из унитаза, который был единственным доступным ей источником жидкости.

Организм двухлетнего ребенка такие пытки в итоге не выдержал. Девочка умерла от крайнего истощения.

«Она просто болела!»

Когда малышка перестала подавать признаки жизни, сожители не вызвали скорую. Они позвонили родственнице, которая, придя в квартиру, увидела истощенный детский труп и немедленно набрала полицию и медиков.

Прибывшим правоохранителям пара сначала врала, что девочка страдала неким заболеванием, и смерть наступила именно от болезни. Загон к тому моменту садисты уже разобрали и выбросили на помойку, надеясь замести следы. Следователям пришлось доставать его из мусорного бака, чтобы восстановить картину преступления.

В суде пара не стала отпираться и признала вину. Фото: СУ СКР по Хабаровскому краю и ЕАО

Позже, уже в суде, сожители признали вину. Их объяснение оказалось настолько же чудовищным, насколько и простым: дочь раздражала своим перемещением по однокомнатной квартире. Они не хотели о ней заботиться, не хотели терпеть ее присутствия, и единственным решением, которое им пришло в голову, стал короб и медленная голодная смерть.

«Ребенок бегал, а нам это не нравилось», — призналась мать.

Дали 20 лет каждому

Хабаровский краевой суд признал обоих виновными по целому букету статей: истязание, совершенное с особой жестокостью, издевательством и мучениями, незаконное лишение свободы, и, наконец, убийство малолетнего с особой жестокостью, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

«Суд учел позицию государственного обвинителя и назначил 20 лет лишения свободы каждому. Мужчина отправится в колонию строгого режима, женщина — в колонию общего режима. Каждому дополнительно назначено ограничение свободы на один год шесть месяцев», — прокомментировала hab.aif.ru старший помощник руководителя СУ СКР по Хабаровскому краю и ЕАО Антонина Буланкина.

Приговор пока не вступил в законную силу.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)
Подписывайтесь на АиФ в  max MAX

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах