Примерное время чтения: 11 минут
139

Ошибка стоит пьесы. Светохудожник театра ― о мести актёрам и главном страхе

Потерять художника по свету ― кошмарный сон любого режиссёра.
Потерять художника по свету ― кошмарный сон любого режиссёра. / Александра Казакова / «АиФ-Дальинформ»

Он учит роли вместе с актерами и может по памяти воспроизвести любой спектакль. Он не пропускает ни одной постановки. И хотя никогда не выходит на поклоны, от него не в меньшей степени, чем от таланта лицедеев, зависит успех постановки. Как работает представитель одной из самых редких профессий — художник по свету краевого музыкального театра Роман Чикранов, узнала корреспондент «АиФ-Дальинформ».

Штучный товар

Кошмарный сон главрежа любого театра ― что у него переманили осветителя. Профессия редкая, в стране их очень мало, так что их берегут и следят, чтоб не позарились на них коллеги из других городов. В хабаровском музыкальном сейчас двое художников по свету: один с опытом работы, второй ― начинающий.

Вход в рабочий кабинет осветителей за небольшой дверкой, расположенной возле барельефа в холле. Настолько узенькой, что ее вид вызвал сомнение ― удастся ли проникнуть в святая святых. Удалось, хоть и не без труда.

Так выглядит вход в осветительный цех. Фото: «АиФ-Дальинформ»/ Александра Казакова

Внутри помещение выглядит, как кабина пилота: сверху и снизу панели с десятками кнопок, приборов, только продолговатое обзорное окно без стекла. И уж очень странным среди обилия этой техники кажется наличие простенького «кухонного» радио на стене ― по нему объявляют о готовности к началу спектакля и передают прочую рабочую информацию.

Нижний пульт ― компьютер, на котором записывают свою партитуру «световики». Верхнюю панель никто не трогает ― она осталась с советских времен, когда искусственный разум еще не пришел на помощь театру. Кстати, из кабинета осветителя самый лучший обзор и неспроста ― он должен видеть сцену, зрителей и своих двух «пушкарей». «Пушкари» высвечивают прожекторами актеров, сидя на балконах. Зазевались, ошиблись ― осветитель должен успеть среагировать и исправить положение.

От качественной работы осветителя зависит успех всего спектакля. Фото: «АиФ-Дальинформ»/ Александра Казакова

Помимо рабочего кабинета за зрительным залом в театре есть и осветительный цех. Он размещается за сценой. Найти его можно даже в темноте ― над входом горит светодиодная надпись «Свет». Внутри аккуратно развешаны десятки проводов разной длины, разложены лампочки, лампы и лампищи. Вдоль стены полки с разноцветными старинными фильтрами, похожими на обычные папки-уголки. Это предшественники современных диодов. Их не выкидывают ― могут и пригодиться, мало ли какая будет задумка у режиссера?

Поработаем головой

Фильтры ― не единственный раритет в световом театральном мире.

― У нас сохранился и старый пульт, он даже меня старше, ― показывает «дедовскую» технику Роман. ― Сейчас гораздо проще работать по свету, прописываем программу и потом следим, когда надо добавляем элементы, работаем головой.

«Работать головой» ― это двигать на пульте массивные лампы, закрепленные над сценой. Нам тоже разрешили попробовать ― как раз был перерыв в репетиции, и, если кого и ослепили случайно, то звукарей, которые оставались в этот момент в зале. Восторг, конечно ― сидишь себе, пальчиком водишь, и вслед за движением твоей руки на сцене оживает яркий луч.

Раритетные фильтры, которые использовались до изобретения диодов. Фото: «АиФ-Дальинформ»/ Александра Казакова

― Можно во время спектакля что-то случайно нажать и все испортить?

― Да, человеческий фактор никогда нельзя исключать. Хорошую работу осветителя зритель воспримет, как нечто цельное с постановкой, а вот ошибку заметят сразу.

― Не страшно? Все-таки большая ответственность!

― Самый главный мой страх ― отключение электричества во время спектакля. Однажды такое и произошло, повезло, что рубанули уже на поклонах. По идее, должны были переключиться на другую подстанцию, но что-то пошло не так. В итоге зрители в темноте расходились. А что поделаешь? Нашей вины тут не было.

Ночной дозор

― Как можно стать осветителем в театре?

― Просто прийти и устроиться. У меня высшее инженерное образование, пришел работать осветителем и сейчас дорос до художника по свету. До этого работал в ДК «Русь», но это не сравнить, конечно, с тем, что я здесь выполняю. У нас много приборов, которыми надо управлять, только на сцене порядка 50 ламп. Есть «головы» по 40 кг. Смотрю репетиции, продумываю, что и как надо будет подсветить, прописываю партитуру, создаю световую картину. А затем ночью за 3-4 дня до премьеры монтируем оборудование. Режиссер смотрит: одобряет или говорит, где исправить и что.

― Почему ночью?

― Когда никого нет, чтобы не мешать другим. Выключаешь полностью сцену и пробуешь в темноте. Днем не получится ― тут всегда кто-то есть, что-то делается: репетиции, монтажи.

Помещение светохудожника изнутри напоминает кабину пилота. Фото: «АиФ-Дальинформ»/ Александра Казакова

― Получается, вы не только на репетициях присутствуете, но и смотрите волей-неволей все спектакли. Не надоедает? Вы же постановки по много раз видели.

― Нет, я привык уже за четыре года. Уже выучил все тексты и песни. Единственное, «Ханума» для меня долго тянется: спектакль классический, медленные переходы, ждешь реплику, когда надо переключиться. Мы же ориентируемся по определенным словам.

― А если актер реплику забудет? Всякое же бывает.

― Да, бывает. Обычно актеры импровизируют в таких случаях, а я уже на автомате реагирую ― сценарий-то уже мною заучен.

― По сути, на случай форс-мажора можете и артиста заменить.

― Смогу! Партии все знаю, спою, как сумею, вот с балетными сложнее, хотя па тоже делать пытаюсь. Шучу, конечно. Каждый должен своим делом заниматься.

Старый пульт двигает массивные лампы, закрепленные над сценой. Фото: «АиФ-Дальинформ»/ Александра Казакова

Давайте жить дружно

― Вы были театралом до трудоустройства в музыкальный?

― Нет, даже ни разу тут не был. Просто знал, что есть такой в городе театр и все. Когда устраивался, не думал, что здесь задержусь. Казалось, что это что-то скучное и неживое. Но на самом деле, театр ― это очень интересно. Постоянно в движении, что-то происходит. Очень активная жизнь. Внутри все взаимодействует между собой, цеха и актеры. Мы постоянно в работе.

― А вы работаете или служите?

― Служим, в театре все служащие.

― Есть такая байка, как одна актриса (не из нашего театра, конечно) поругалась с осветителем. И он на спектакле так ее подсветил, что были видны все морщинки. Пользуетесь таким мощным оружием, как софиты?

― Да, с осветителями лучше не ссориться, действительно можно очень невыгодно выставить свет. Но мы так не делаем. Неважно какие отношения у тебя с актерами, ты стараешься для зрителя. Поэтому все равно покажешь всех в лучшем виде.

Малейшую ошибку осветителя зритель заметит сразу. Фото: «АиФ-Дальинформ»/ Александра Казакова

― Какой самый тяжелый для вас спектакль?

― «Магазинчик ужасов». Там больше всего световых переходов. Даже малейшая оплошность со светом будет заметна ― надо быть очень внимательным все действие. Сложно готовить сцену к «Игре» ― станки по кругу, в каждой ячейке прибор стоит. Зато эффект интересный получается.

― Какие еще качества обязательно должны быть у художника по свету?

― Обязательно стрессоустойчивость. Обучить мастерству можно, запомнить, что и за чем идет, но нужны и хорошие нервы. Здесь нельзя быть слишком эмоциональным. Кстати, мы сейчас ищем себе в цех человека. Приходите ― научим!

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах