2 августа Святая Церковь чтит память великого пророка Божия Илии — ревнителя истины, исполнившегося силы Господней и взятого живым на небо в огненной колеснице. Этот древний ветхозаветный святой почитается с особым благоговением в земле Русской с самых ранних времен христианства. Народ нарек его повелителем стихий — огня, воды и грозы, и с молитвами к нему прибегали не только в засуху или неурожай, но и прося исцеления, защиты от молнии, благополучного брака и здравия чад.
Ильин день с давних времен был особенным временем для всего христианского народа. Он приходился на перелом лета и в народной памяти закрепился как духовная граница между теплом и грядущей осенью. Именно поэтому 2 августа окружён не только церковным торжеством, но и множеством народных традиций и обычаев. Верующие посещают храмы, участвуют в Крестных ходах, совершают молитвы, творят дела милосердия, а в домах устраиваются застолья, за которыми обязательно поминаются усопшие и угощаются страждущие. Но вместе с торжественным ликованием в этот день звучит и строгое предупреждение: после Ильина дня не подобает входить в воду.
Гнев небесный и запрет на купание
По древнему русскому преданию, начиная с Ильина дня, водоёмы становятся опасны. Считалось, что с этого времени пророк Илия, как властитель небесных гроз, «освящает» воды своей десницей и не терпит в них праздного и неуместного плескания. В этот день, говорили старцы, он рассекает небесные своды огненными стрелами, и если кто осмелится вступить в реку или озеро, может быть поражён его гневом.
На Руси верили, что в Ильин день пробуждаются нечистые духи, скрывавшиеся в глубинах вод. Вступивший в воду становился легкой добычей для них. Случаи утоплений, происходившие в эти дни, приписывались именно бесовскому наваждению и наказанию за непочтение к святому. Народные пословицы, прошедшие века, предупреждали:
- «До Ильи всяк купается, а с Ильи с водою прощается»,
- «На Илью до обеда — лето, а после обеда — осень»,
- «С Ильина дня ночь длинна и вода холодна».
Таким образом, купание после 2 августа воспринималось не просто как несвоевременное, но и как дерзкое нарушение духовного порядка, установленного веками.
Голос Церкви: разрушение суеверия
Святая Церковь, различая суеверие и веру, отвергает страхи, не основанные на евангельской истине. Пророк Божий Илия не налагал запрета на купание, не навёл гнева на реки и озёра. Как разъясняют священнослужители, строгое народное табу на вхождение в воду 2 августа — явление культурно-бытовое, а не духовное.
По словам православных пастырей, не сам пророк Илия делает воду в этот день опасной. Церковное разумение утверждает: пророк не мстит, не карает, не насылает погибель тем, кто желает освежиться в жаркий день. В действительности же поверье связано с изменением погодных условий: в ряде местностей именно с начала августа наступает резкое похолодание, вода становится опасно холодной, а купание — причиной простуд и недугов.
«Мы решительно отметаем всевозможные суеверия и утверждаем, что лично пророк Илия никаких водоемов не портит, купание в них не делает опасным, ни начиная со 2 августа, ни когда-либо еще. Если погода позволяет и желание есть, то почему бы не искупаться? Никаких препятствий я не вижу», — комментировал ранее протоиерей Димитрий Сальников.
Тем не менее, при всём разумении физических причин, Церковь не благословляет легкомыслие. Благоговейное отношение к народному обычаю может быть сохранено как форма постничества и внутреннего смирения. Тот, кто отказывается от купания не из страха, но из благоговения, являет зрелость духовную и почтение к тысячелетним традициям предков.
Что стоит за запретом: духовный смысл народной памяти
Народное воздержание от купания в Ильин день — это не столько физический запрет, сколько символическое напоминание о том, что всё на земле имеет своё время. Лето переходит к осени, тепло — к прохладе, и человек должен внимать знакам времени. Пророк Илия, как строгий и грозный святой, приходит в народное сознание не с лаской, но с огненной решимостью — разрубить грех, возжечь ревность по Богу, указать путь спасения.
Таким образом, вода после Ильина дня становится своего рода границей: ещё можно благодарить Бога за дары лета, но уже нельзя предаваться неуместной телесной рассеянности. Мудрые предки умели читать эти духовные «часы природы» и смиренно принимали перемены как воли Божией знамение. Купание же после 2 августа воспринималось как своеволие, как стремление отринуть наставление святых времён — и потому в народной памяти наказывалось внезапными болезнями, а порой и утратами.
Другие приметы Ильина дня: небесное в назидание земному
В этот святой день народ с благоговением следил за небом. Гром был не просто звуком природы, но вестью с высоты. Если он звучал глухо, без раскатов, ожидали добрую, сухую пору. Громкие, звонкие удары предвещали сильные ливни. Молния без грома воспринималась как знак — дожди обойдут стороной. А если небо сотрясалось в неумолкаемом громе, ждали града и разрушений.
Верили также, что дождь, выпавший в Ильин день, исцеляет, омолаживает, благословляет. Люди не прятались от капель, а, напротив, подставляли лица и ладони, чтобы принять небесную росу, как благодатный дар. Укусы насекомых после этого дня якобы прекращались, а урожай зерновых сулился обильным, если Ильин день ознаменовался проливным дождём. Засуха же и отсутствие влаги в этот день воспринимались как предвестие бед и пожаров.
Не страх, но благоговение
Ильин день — это не языческий страх перед стихией, но христианское благоговение перед Промыслом Божиим. Купание в водах не запрещено церковью, но почтение к традиции, воздержание от излишней вольности и внимательное отношение к перемене времён учат христианина смирению, рассудительности и памяти о вечном.
Почитая пророка Илью, человек не просто вспоминает ветхозаветную историю, но открывает для себя живое назидание: не быть легкомысленным, не пренебрегать знаками неба, хранить в душе благоговение — и тогда, как некогда Илия был взят живым в Царствие Небесное, так и путь каждого православного может завершиться восшествием в горний Иерусалим.