Улицы наших городов — словно молчаливые учителя. Они не ставят оценок, не задают домашних заданий и не требуют сдавать экзамены. Но каждый день, когда мы проезжаем по ним или идем пешком, они напоминают нам о людях, благодаря которым вообще существует этот город, эта страна и главное — возможность спокойно идти домой.
В Хабаровске таких улиц — десятки. Мы проезжаем их каждый день, мы скользим по ним взглядом в навигаторе, мы произносим их названия, когда объясняем дорогу. Но за каждым названием — судьба. Судьба молодого парня, который ушел на фронт прямо с заводской проходной. Судьба летчика, который не вернулся из боевого вылета. Судьба генерала, который реорганизовал партизанские отряды в регулярные части, понимая, что война еще придет на эти рубежи. Судьба моряка, который первым ступил на вражеский берег, зная, что за ним — вся страна, которая, как известно, велика, а отступать в ней некуда.
Путеводитель по улицам краевой столицы, названным в честь выдающихся героев, к 81-й годовщине Победы в Великой Отечественной войне составил hab.aif.ru.
По улице Дикопольцева: связист, который не дал замолчать фронту
Улица Дикопольцева начинается недалеко от центра и тянется через жилые кварталы, где сегодня течет обычная городская жизнь: гудят детские площадки, рычат припаркованные машины, воркуют старушки на лавочках. Когда-то она называлась Сапёрной, но потом ее переименовали в честь молодого парня из Хабаровска — Евгения Дикопольцева. Если поднять голову, на одном из домов можно заметить мемориальную доску, установленную 30 декабря 2020 года. Мало кто из прохожих останавливается перед ней. Зря.
Евгений Александрович Дикопольцев родился в 1921 году здесь же, в Хабаровске. Окончил школу, работал, строил планы на будущее — обычная биография обычного советского парня. Когда началась война, он ушел на фронт связистом в гвардейскую стрелковую дивизию. Для тех, кто не знаком с военной спецификой: связист на передовой — это человек, от которого зависит всё. Без связи командиры не могут управлять боем, артиллерия бьет вслепую, пехота не знает, куда наступать. И когда рвутся снаряды, когда пули косят траву над головой, именно связист ползет по грязи с катушкой кабеля, чтобы найти обрыв и соединить разорванные концы.
В сентябре 1943 года при форсировании Днепра Дикопольцев совершил то, что позже назовут подвигом: под непрерывным огнем он за шесть часов исправил двенадцать обрывов линии связи. Двенадцать раз он находил место, где кабель перебило снарядом или осколком, и восстанавливал связь. Он полз, тащил за собой провод, скрючившись от близких взрывов, и возвращал голос командованию. В одну из таких вылазок его смертельно ранило. Ему был двадцать один год. Посмертно Евгению Дикопольцеву присвоили звание Героя Советского Союза.
По улице Шелеста: летчик, который не сдался
Улица Шелеста проходит через Железнодорожный район. Она не самая широкая, не самая парадная, но очень живая: здесь много жилых домов, зелени, детских садов. В час пик здесь шумят машины, а по вечерам гуляют семьи с колясками. И почти никто из них не знает, что улица носит имя двадцатилетнего летчика-штурмовика, который предпочел смерть отступлению.
Василий Галактионович Шелест родился в 1923 году в Хабаровске. С детства, как многие мальчишки того времени, бредил небом. Окончил аэроклуб, потом военное авиационное училище. На фронт попал в 1943 году и летал на штурмовике Ил-2 — знаменитой «летающей крепости», которую немцы называли «черной смертью». Эта машина была грозным оружием, но и мишенью для зениток тоже: штурмовик идет низко, атакует с бреющего полета, и у него почти нет шансов увернуться от прямого попадания.
Третьего июля 1943 года самолет Василия подбили. Машина горела, до земли оставались секунды. По инструкции он должен был катапультироваться, попытаться спастись. Но он увидел внизу колонну вражеской техники — танки, грузовики, пехоту, — и принял решение, которое невозможно оправдать рационально и невозможно не назвать героическим. Он направил горящий штурмовик прямо на эту колонну и взорвался вместе с ней. Ему было двадцать лет, и его подвиг стал символом бесстрашия для тысяч таких же молодых пилотов.
По улице Голубкова: моряк, который поставил точку в войне на Тихом океане
Улица Голубкова находится в Краснофлотском районе — название района, кстати, тоже говорящее. Это край моряков, портовых кранов и прохладного ветра с Амура. И улица названа в честь старшины первой статьи Николая Николаевича Голубкова — участника советско-японской войны, Героя Советского Союза.
Август 1945 года. Германия уже капитулировала, но на Дальнем Востоке война продолжалась. Япония не собиралась сдаваться, и советским войскам предстояла тяжелая кампания. Курильская десантная операция стала одной из самых ярких и драматичных ее страниц. Николай Николаевич Голубков участвовал в высадке на один из островов Курильской гряды. Под огнем противника, который велся с хорошо укрепленных позиций, он первым ворвался на берег. Первым — это значит, что перед ним не было никого, кто мог бы прикрыть его от пуль. Он уничтожил несколько огневых точек противника и обеспечил высадку основных сил.
Курильские острова освободили. Вторая мировая война закончилась. И точка в ней была поставлена в том числе и благодаря старшине Голубкову.
По улице Бондаря: минометчик, который удержал плацдарм
Ещё одна улица в Краснофлотском районе, достойная внимания — улица Бондаря. Здесь уютно, зелено, пахнет водой. И названа она в честь человека, который в 1943 году буквально зубами держал клочок земли на правом берегу Днепра.
Георгий Герасимович Бондарь родился в 1910 году на Украине, но настоящую свою жизнь связал с Хабаровском. Здесь он учился в военном училище, отсюда ушел на фронт. В сентябре 1943 года его минометный взвод форсировал Днепр. Форсирование Днепра — это отдельная глава войны, страшная и великая одновременно. Река широкая, течение сильное, противоположный берег укреплен и пристрелян. Переправлялись на чем угодно: на плотах, на лодках, а то и просто вплавь, под непрерывным огнем.
Взвод Бондаря захватил плацдарм. Маленький клочок земли, который предстояло удержать любой ценой. Трое суток они отражали атаки противника. Трое суток без сна, почти без еды, в грохоте разрывов. Георгий был ранен, но не покинул поле боя. Он остался со своими бойцами, продолжая командовать и вести огонь. Плацдарм удержали. За этот подвиг ему присвоили звание Героя Советского Союза.
По улице Серышева: генерал, который строил оборону Дальнего Востока
Улица Серышева — одна из самых красивых и исторических в центре Хабаровска. Она идет по гребню Военной горы от набережной Амура вверх, и прогулка по ней — это путешествие сквозь архитектурные эпохи: старинные особняки, советские здания, современные комплексы. Весной здесь цветет сирень, летом по вечерам гуляют пары. И все это великолепие носит имя человека, который еще в 1920-е годы стоял у истоков обороны Дальнего Востока.
Степан Михайлович Серышев — фигура не столько военная, сколько государственная. Он участвовал в освобождении Приморья от интервентов, а позже занимался укреплением границ на восточных рубежах страны. Его жизнь — это целая эпоха становления советской власти на Дальнем Востоке, время, когда карта региона перекраивалась, а угрозы шли со всех сторон. Он строил оборону не в окопах, а в кабинетах, но от этого его вклад не становится менее значимым. Когда мы поднимаемся по улице Серышева, когда любуемся видом на Амур с высоты Военной горы, мы идём по следам человека, который еще в мирное время думал о том, как защитить эти земли. И во многом благодаря таким, как он, Хабаровск встретил 1941 год не безоружным.
Герои, чьи имена еще предстоит узнать
Но карта Хабаровска — это не только те улицы, о которых мы вспомнили. Это еще и улица имени маршала Малиновского, который командовал Забайкальским фронтом и принял капитуляцию Квантунской армии. Это улица имени летчика Всеволода Матросова, погибшего в воздушном бою. Это бесчисленные переулки, проспекты, скверы, названия которых — готовый учебник истории. И каждая такая улица — это немой вопрос, тот самый вопрос, который наши дети иногда задают, а мы не всегда находим, что ответить: «Почему наша улица так называется? Кем был этот человек? Что он сделал?». И если мы не знаем ответа, если мы не можем с ходу объяснить сыну или дочери, за что Дикопольцеву дали Героя, а Шелест направил горящий самолет на колонну врага, — значит, мы что-то упустили.
Вообще, память странная штука. Она не работает по приказу, её нельзя включить нажатием кнопки в День Победы и выключить 10 мая. Она либо живет в нас постоянно, либо ее нет вовсе. Улицы, названные в честь героев — не мемориал, куда можно прийти с цветами и уйти, а часть нашей повседневности, нашего городского ландшафта, нашей жизни. И относиться к ним как к чему-то обыденному — значит предавать забвению тех, кто однажды не пожалел себя ради нас.
Когда в следующий раз вы поедете по улице Дикопольцева, Шелеста, Бондаря, Серышева, Голубкова или другого исторического деятеля, просто на секунду вспомните о человеке, чье имя она носит. Представьте его лицо, представьте, что он чувствовал, когда шел в свой последний бой, представьте, что он бы мог прожить долгую жизнь, но выбрал другое. И тогда мемориальная дощечка на доме перестанет быть просто табличкой: она станет голосом, и этот голос скажет вам спасибо за то, что вы помните. А вы ответите ему тем же — хотя бы тем, что больше никогда не произнесете эти имена как простой адрес. Вы будете произносить их как благодарность. Как клятву. Как обет никогда не забывать то, что не должно быть забыто.